Калининградский охотничий клуб

Охота с легавой собакой и ловчей птицей - одна из самых увлекательных охот. И поскольку в последнее время возрождается интерес к соколиной охоте, я, имея некоторый опыт охоты с ястребом и шотландским сеттером, решил рассказать вам одну историю.

В ту пору у меня жила второй год самка ястреба-тетеревятника. Охотился я с ней в основном на уток, но с приобретением сеттера-гордона мои возможности на охоте сильно расширились. Мои взоры обратились к такой дичи, как тетерев, куропатка, вальдшнеп и т.п. И я решил при первой же возможности отправиться со своими помощниками в хорошие угодья.

В начале сентября (к этому времени ястреб и собака успели привыкнуть друг к другу), от своих знакомых я случайно узнал про богатые дичью угодья. Поговаривали, что местные охотники не используют легавых собак, так что дичи там должно было быть видимо-невидимо. В ближайшие же выходные мы с друзьями отправились на охоту.

Прибыв на место, мы в нетерпении вышли из машины, чтобы оглядеться и размять ноги. Настроение у всех, несмотря на утомительную ночную дорогу, было великолепное, и нам не терпелось отправиться в поле. Начало светать. День обещал быть ясным и прохладным. Несильный ветерок приятно бодрил. Все обещало нам удачную охоту.

Как только рассвело, мы, разобрав своих ловчих птиц и собак, разошлись в разные стороны. Охотиться я начал с достаточно большого поля, поросшего клевером. Зайдя на ветер, я уложил Долку и снял клобук с ястреба, давая ему осмотреться, и после недолгих приготовлений послал собаку в поиск. Ветер был ровный и достаточно сильный. Легавая плотно челночила и вдруг, причуяв птицу, остановилась и замерла на стойке. Дола к этому времени знала практически всех птиц, за исключением разве что глухаря, и я, зная её манеру работы, был почти уверен, что она стоит по тетереву, но из-под стойки вылетел коростель. Ястреб, не раздумывая, сорвался с перчатки и после стремительной угонки, поднырнув под коростеля, не давая ему упасть в траву, подхватил и сел невдалеке. Что ж, почин был сделан, и можно было продолжать охоту.

Каждый раз меня поражает то взаимопонимание, которое возникает между ястребом и собакой. Во время работы легавой ястреб, сидя на руке, как бы не замечает ее, но стоит только собаке приостановиться и заинтересоваться донесшимся до нее запахом, как поведение птицы меняется мгновенно. Ястреб привстает на перчатке, подбирает крылья и, не отрывая взгляда от собаки, ждет подъема дичи.

После нескольких работ по коростелю, лишь одна из которых закончилась неудачей, - коростель успел дотянуть до бурьяна, Дола наконец-то встала по тетереву. И я, сдерживая себя, стал подходить к ней. За это время легавая, сойдя со стойки, переместилась вперед за убегающим от нее тетеревом, но, к сожалению, это оказался осторожный старый самец, который, убежав из-под стойки в сторону, взлетел от меня метрах в пятидесяти. Ястреб все же погнался за ним, но, увидев тщетность этой затеи, вскоре прекратил преследование и полетел на дерево. Я подумал, что мне и собаке тоже не помешает отдых и направился вслед за птицей. После привала, длившегося чуть больше часа, я продолжил охоту.

Ветер по-прежнему был ровный, и Дола, обыскивая угодья стремительным галопом, прихватив запах дичи, приостановилась и, пройдя на потяжке несколько метров, замерла на стойке и по моей команде подала двух перепелок. Хотя эта добыча и мелковата для самки ястреба-тетеревятника, Манька все же взяла одну, показав красивейшую угонку. Она, стремительно погнавшись за перепелом, казалось, вот-вот подхватит его, но он, упав в траву, попытался спрятаться. Однако это ему не удалось. Ястреб, взмыв над местом падения птицы, задержался в воздухе и камнем упал вниз. Когда я оказался рядом, Маня уже ощипывала перепелку. Я был очень доволен стилем работы как легавой собаки, так и ловчей птицы.

Стало сильнее припекать солнышко, и я уже подумывал о возвращении к машине, как вдруг собака, разворачиваясь на ветер, замерла, боясь спугнуть птицу, которая, видимо, находилась совсем рядом. Я с бьющимся сердцем поспешил к ней и, не доходя шагов десяти, командой "Пиль!" послал Долу поднять птицу. Ястреб же, зная, что сейчас вылетит птица, весь подобрался и приготовился сорваться с перчатки вслед за ней. Первой поднялась старая тетерка, и хищник мгновенно рванул с руки, стремительно настигая ее. И он уже почти достал старку, но та, мгновенно оценив обстановку, приняла единственно верное решение - упасть в кусты. Это ей, к сожалению, удалось. Манька, поняв, что тетерку ей не взять, полетела на ближайшее дерево. А в этот момент с места подъема старки стали вылетать молодые тетеревята. Дола посунулась за ними, но была остановлена моим окриком, а я, в свою очередь, с надеждой посмотрел на ястреба, который уселся неподалеку и, казалось, совсем не интересовался происходящим. Сманив птицу на перчатку, огорченный проловом и в то же время довольный стилем работы своей собаки, я направился к нашей стоянке.

Все были уже на месте, когда я подошел к машине, и готовили охотничий обед. Во время обеда мы делились своими впечатлениями от охоты. Без добычи не остался никто. Самая богатая добыча - семь перепелок и четыре коростеля, оказалась у Михаила, самого старшего и опытного сокольника. Это объяснялось еще и тем, что его ловчей птицей был ястреб-перепелятник. Влад же смог похвастаться кряковым селезнем, затравленным резвым молодым самцом ястреба. Он был единственный среди нас, кто охотился без легавой.

В этот выезд, к сожалению, мне так и не удалось затравить ястребом ни одного тетерева. В следующий раз я попал в эти угодья только во второй половине октября. Но к этому времени тетерева стали настолько строги, что охота с невловившимся ястребом стала очень трудна.

Добыть же тетерева с ястребом первый раз мне удалось зимой. Охотились мы в тех же угодьях, что и летом. Был ясный, морозный день, мы продвигались вдоль леса в надежде поднять зайца и вдруг, как всегда неожиданно, метрах в двадцати пяти стали вылетать с лунок тетерева. Я от неожиданности даже остановился, но ястреб мгновенно сорвался с перчатки и, выбрав крайнего, на хороших крыльях пошел за ним. Через несколько мгновений он догнал тетерева, и тот, не выдерживая напряженной погони, устремился в лес. Хищник, сделав последнее усилие, догнал его и, подхватив, упал в снег. Я мгновенно очутился рядом, чтобы помочь сладить с сильной птицей.

Моему ликованию не было предела. Я держал в своих руках красивейшую птицу, которую мечтал добыть уже давно. На этой охоте нам удалось затравить беркутом матерого лиса, но это уже другая история.

Б.А

"Российская Охотничья газета от 19.12.2001 г."

k®k 2002-2012